Размер шрифта:
A
A
A
Цвет сайта:
Ц
Ц
Ц

Летопись семьи в творчестве белорусских художников XVII–ХХ веков

Для любого художника семья – очень значимый сюжет творчества даже для самого юного: первый рисунок 3-4 летнего ребенка изображает маму и папу. Вспомним обязательные галереи предков XVI–XVIII веков в любой белорусской усадьбе даже небогатого шляхтича. Заказ портрета члена своей семьи – подтверждение статуса, социальной значимости, память о предках, назидание потомкам. Такие семейные портреты могли располагаться не только в усадьбах, но и в костелах. Это портреты их основателей-фундаторов. Например, в честь рано умершей приемной дочери Гризельды, урожденной Сапеги, ее приемные родители Веселовские заказали портреты всего семейства для построенного в память о ней в Гродно костела Бригиток и разместили их на хорах.

Неизвестный художник. Портрет Кшиштофа Веселовского. 1620-1630-е
    Неизвестный художник. Портрет Александры Марианны Веселовской. 1640-е.
    Неизвестный художник. Портрет Изабеллы Сапеги. Ок. 1632

Редкий художник не портретирует своих близких – родителей, жену, детей, братьев и сестер. Каким покоем и умиротворением дышат картины Ивана Хруцкого, изображающего игры своих детей («В комнатах усадьбы художника в Захарничах. Дети перед мольбертом. 1850-е», 1854) в собственном имении Захарничи под Полоцком! Очень часто лица близких людей, их образы служат источником вдохновения и для больших социальных заказных полотен, и для маленьких камерных произведений (Э. Белогуров. «Портрет родителей», 1978).

И. Хруцкий. В комнатах усадьбы художника в Захарничах. Дети перед мольбертом. 1850-е.
    Н. Цудик. Жена и внук.1991.
    Э. Белогуров. Портрет родителей. 1978.

Многие показывают значимые события своей жизни – свадьбу или венчание, рождение первенца, внука (Н. Цудик. «Жена и внук», 1991), детские игры и тихие семейные радости. Семья, как тихая гавань среди штормящего океана жизни, вдохновляет и держит человека на плаву среди ежедневных переживаний. С возрастом начинаешь понимать, что единственной опорой в старости остаются люди, близкие по крови, члены твоей семьи. Тема эта важная, близкая каждому из нас независимо от прожитых лет. Поэтому картин «семейного содержания» в фондах каждого музея, в том числе и нашего, достаточно, начиная от икон («Рождество Богоматери», 1647), изображающих Святое семейство, до картин живописцев ХХI века, отображающих сложные коллизии семейных отношений.

К Всемирному дню семьи представляем несколько произведений из коллекции Национального художественного музея Республики Беларусь, разбив их на циклы, иллюстрирующие круговорот человеческой жизни: свадьбу, рождение ребенка, семейные радости, родное гнездо, единство поколений, совместный труд, защиту и опору, чистоту семейных отношений.

 

Свадьба

М. Данциг. Партизанская свадьба.
    Л. Щемелев. Светлая память.1968 г.

С церемонии свадьбы или венчания начинается любая семья. Свадьба – любимая тема белорусских художников. Особенно впечатляет «Партизанская свадьба» Мая Данцига: огромное монументальное полотно «сурового стиля», в котором ощутим подтекст трагического военного времени, когда все равно продолжается жизнь с непобедимой любовью. Совсем иное праздничное и светлое настроение показывает Леонид Щемелев в картине «Светлая память» 1984 года: молодым в национальных свадебных нарядах дети подносят подарки.

 

Рождение ребенка

Иконописец Зураста. Рождество Богоматери. 1649
    Братья Ткачевы. Начало пути. 1953.
    В. Товстик. Крещение. 1990.

Редкий сюжет демонстрирует икона «Рождество Богородицы» (1649), созданная по заказу Петра Овсиевича из Голынца на Могилевщине мастером-иконописцем Зурастой. Иконописец отобразил первые минуты человеческой жизни, когда бабки-повитухи в повойниках принимают у роженицы Анны младенца Марию, будущую мать Христа. Недаром эту уникальную икону называют энциклопедией белорусской жизни XVII века. Это, по сути, бытовая картина, точно изображающая реалии быта и обстановку комнаты, где происходят «домашние роды»: колыбель ребенка на деревянных колесиках, кувшины для омывания, пеленки и даже подушечки с белорусским орнаментом. На сакральность и значимость происходящего таинства указывает только золото фона с городским пейзажем за окном.

А вот реалии советской действительности середины ХХ века: на картине братьев Ткачевых молодой отец встречает первенца на крыльце сельского фельдшерского пункта. Здесь тоже ощущается торжественность момента, хотя зрителей всего двое – медсестра, вышедшая проводить молодую мать, и старик-возчик, возможно, дед, который увезет ребенка с молодыми родителями в родную деревню на санях-розвальнях. Обратите внимание на деталь. Это кожух, которым будут укрывать младенца, так как действие происходит зимой. Название картины символично – «Начало пути». Работа, созданная в 1953 году, имеет подтекст: вступает в мирную жизнь первое послевоенное поколение детей, жизнь налаживается. В 1990-е годы к теме рождения добавляется запретная в советские годы тема крещения ребенка – В. Товстик «Крещение» (1990), где условное пространство храма превращается в сакральное.

 

Семейные радости воспринимаются художниками ХХ века как величайшая ценность жизни.

Л. Альперович. Вечер в семье. 1913
    А. Гугель. Важное сообщение. 1949
    Н. Воронова. Интересная книга. 1951.

Таких картин в нашем собрании больше всего, начиная с работ художников дореволюционного Минска. Открывает этот цикл Лев Альперович картиной «Вечер в семье» 1913 года. Семья собралась за чтением, уютно горит на столе лампа под абажуром. С каким вниманием слушают дети сказку или рассказы бабушки, какие волшебные, чудесные миры им открываются! Художник показал приятный семейный вечер скупыми средствами с минимумом деталей: напряжением силуэтов фигур, контрастами света и тени, темнотой окон без занавесок. Такую же композицию – семью у стола – выбрал  А. Гугель для картины «Важное сообщение». Работа написана в 1949 году, но передает атмосферу последних лет войны: мать и девочки-школьницы недавно освобожденного города, затаив дыхание, слушают тарелку-радиоприемник, где передается сообщение об освобождении занятых фашистами городов войсками наступающей Советской армии. Дед, пока все мужчины на фронте,  ставший  главой семьи, отмечает этот город на карте. И в этой жанровой картине важны детали: простая еда на столе, портрет генералиссимуса на стене рядом с репродукцией В. Васнецова «Три богатыря», санитарная сумка, красный галстук, заклеенные крест-накрест бумагой окна, чтобы уберечь стекло при артобстрелах. А вот картина Н. Воронова «Интересная книга» 1951 года показывает маленькую семью – мать и дочь за чтением вслух. Мать так увлеклась, что отложила вязание, устремив взгляд на дочь. Непритязательная бытовая композиция, практически этюд с натуры, невероятно свежий, почти изысканный колорит картины, построенный на нюансах светлых и розовых оттенков, показывает теплоту и доверительность  их отношений.

Художники 1950-х вообще любили жанровые бытовые картины, отражающие различные аспекты жизни советской семьи (как тогда говорили, малой «ячейки общества») и счастливого советского детства: прием в пионеры, сборы в школу первого сентября, занятия спортом, дворовые игры детей. Картины эти понятные, идеологически выдержанные, написанные в стилистике социалистического реализма, практически нивелирующие авторский стиль и темперамент художника, их можно различить только по подписи художника. Спустя полвека они приобрели патину и обаяние времени, ностальгию по детству у старшего поколения. Они ценятся за документализм и верность натуре, академические приемы живописи и крепкий рисунок.


    В. Жолтак. 1 сентября.1951
    В. Жолтак. Зима пришла. 1954
    М. Севрук. Групповой портрет детей. 1932.

 

 

Родное гнездо

 

М. Казакевич. Лето. 1982.
    Л. Зевин. Лето. Семья. 1940.
    М. Данциг. Новоселы. 1967.
    А. Малишевский. Послевоенные годы.1967

Важная грань темы семьи – понятия отцовского дома, родного гнезда, родного порога, теплого дома, где тебя всегда ждут родители (Л. Зевин. «Лето. Семья», 1940). Самое волнующее событие в жизни любой семьи – обретение новой квартиры или дома, заслуженного своим ударным трудом. Собственное пространство для жизни в разрушенных войной городах и поселках, где люди теснились в общежитиях, бараках и коммунальных квартирах, воспринималось величайшим счастьем для молодой семьи. Так жили несколько поколений, вырастали дети. Поэтому множество картин художников Беларуси посвящены родительскому дому или новоселью. Порой такие картины 1960-х, как «Мой дом» В. Сумарева или «Новоселы» М. Данцига, опоэтизированные ностальгической памятью художника, возвышались до символа послевоенной эпохи, становились ее характеристикой, так как подобные чувства были понятны и пережиты не одним поколением советских людей.

 

Трудовая семья

 

 

 

 

 

 

 

 

М. Севрук. Жатва. 1933
    Г. Скрипниченко. Август. 1985
    Ф. Янушкевич. Первые коммунары. 1981.

Трудовая семья, совместный дружный труд на земле – еще один устойчивый идеал, ценность белорусской семьи, многими прочными корнями и традициями связанные с деревней. Картины труда на родных полях известны с 1920–1930-х годов (М. Севрук. «Жатва», 1933). В 1960–1980-х, напротив, поэтизировался коллективный труд в коммуне, в колхозе (Ф. Янушкевич. «Первые коммунары», 1981).

Совместный всей семьей сбор яблок в родной деревне (Г. Скрипниченко. Август. 1985) и символичен, и реален одновременно. В таком труде обреталось единство всех поколений, передавались от дедов к внукам традиции народа. Поэтому многие художники решают композиции своих картин как «предстояние», размышления о циклическом изменении природы и человеческой жизни. Таковы картины художников 1960–1970-х годов – периода «оттепели», когда в одночасье свершилась и революция в искусстве: художникам было позволено обрести свое «необщее выражение лица», свой собственный различимый художественный почерк.

 

Единство и преемственность поколений

В. Товстик. День совершеннолетия. Отцовское слово. 1979
    М. Рогалевич. Посещение.1984.
    Р. Кудревич. Мир входящему. 1985

Преемственность поколений, родительские чаяния и заветы потомкам как особые ритуалы в жизни семьи (день совершеннолетия детей, проводы в армию, женитьба), построенные на формальных принципах группового семейного портрета, проявились в творчестве некоторых художников советского времени – В. Товстика «День совершеннолетия. Отцовское слово» (1979), М. Роголевича «Посещение» (1984), Р. Кудревич «Мир входящему» (1985). Последняя написана к 30-летию победы в Великой Отечественной войне как завет и надежды на мирную жизнь старшего поколения, пережившего войну.

 

Защита и опора

 А. Ксендзов «Гроза». 1986–1987 
     Е. Тихонова. Минчане. 1983

Семья как защита и опора в трудной ситуации, как гарант любви и заботы старших о младших и наоборот – младших о старших своих членах – была воспета белорусскими художниками в метафорических картинах-символах 1980-х годов (А. Ксендзов «Гроза», 1986–1987). Эта мысль высказана не прямо, а опосредованно: в картине ЕТихонова «Минчане» 1983 года как символический оберег спокойного сна ребенка, в картине А. Ксендзова «Гроза» середины 1980-х как буквальная защита от непогоды отца семейства, несущего жене и ребенку плащ, защищающий от ненастья. В последнем случае ощутимы отсылки к вечному сюжету Святого семейства, Богоматери, особенно в женском образе молодой матери, оберегающей и укрывающей свое дитя.

 

     С. Горячев. Вечер. Из бани.1980
     Р. Кудревич. На Березине.1978
     П. Крохалев. Портрет Шпаковской с детьми. 1980

 

Гармония и чистота семейных отношений 

Мотив омовения как снятия в семье наносной грязи внешнего мира подспудно присутствует в жанровых картинах многих белорусских  художников второй половины ХХ века (С. Горячев. «ВечерИз бани», 1980; П. Крохалев. «Портрет Шпаковской с детьми», 1980). Очень часто это изображается художниками буквально, через передачу момента возвращения семьи с реки, купания или бани. Эти картины, написанные в свое время как бытовые, сейчас воспринимаются шире, они приобретают больший смысл чистоты и доверительной трогательности отношений, возможно, не предвиденный самими художниками при написании этого сюжета.

Сакральный и философский смысл семьи и ее традиционных ценностей лаконично и по-новому передал В. Кожух в картине «Семья» (1990). Отец, мать и дети произносят молитву «Отче наш» на зеленой поверхности планеты. Над ними спускается с небес абажур. Смысл этой картины понятен каждому: весь мир – единая семья людей, семья народов, чаяния которых одинаковы: мир, дом, покой, труд, продолжение рода, радость в детях и внуках.

 

В. Кожух. Семья. 1990

Составитель и автор текста - Надежда Усова, ведущий научный сотрудник НХМ РБ, при участии Екатерины Изофатовой, заведующей отделом современного белорусского искусства НХМ РБ, Екатерины Дасько и Ирины Козловой, хранителей фонда белорусской живописи (подбор  произведений)