Размер шрифта:
A
A
A
Цвет сайта:
Ц
Ц
Ц

Памяти Владимира Григорьевича Счастного (1948–2020)

2020 год. Ещё одна потеря. 15 ноября скоропостижно, от последствий коронавируса ушел из жизни Владимир Григорьевич Счастный, дипломат, писатель, драматург, переводчик и культуролог. Он не дожил до 72 лет всего 10 дней.

Его уход слишком резко подвел черту под насыщенной событиями многогранной жизнью, отозвался болью в сердцах многих людей его круга. В него входили очень разные люди: и бывшие сослуживцы по армии (мало кто знал, что он служил в десантных войсках, чем весьма гордился); однокурсники по Минскому  педагогическому институту  иностранных языков, где он специализировался по английскому и французскому языках, самостоятельно с педагогом изучил язык урду; коллеги по МИДу и дипломатическому корпусу – он работал в Пакистане, в отделе переводов Секретариата ООН в Нью-Йорке, Чрезвычайным и Полномочным Послом в Литве и Великобритании. В 2001 году вернулся в Беларусь и как Посол по особым поручениям возглавил Национальную комиссию по делам ЮНЕСКО при МИДе, которой отдавал много сил и энергии. Благодаря ему активно заработала и комиссия «Возвращение». Его небольшой дом в Сеннице, вблизи Минска, стал своеобразной штаб-квартирой, где собирались друзья и единомышленники из разных сфер – дипломатической, литературной, театральной, музейной, телевизионной, научной, музыкальной, родственной.

После деловых разговоров Владимир Григорьевич с удовольствием показывал свой со вкусом обустроенный дом. На его столе в гостиной стояла фотография с королевой Великобритании Елизаветой II и проигрыватель с виниловыми пластинками с мировой классикой. Он был коллекционером белорусского искусства – старого и современного: заказал себе копию «У костела» Фердинанда Рущица, покупал картины смиловичского уроженца, парижского художника Шраги Царфина, современного живописца Егора Батальонка и графику Владимира Савича. Роясь на букинистических развалах в Лондоне и Париже, собрал богатую коллекцию исторических карт XVII–XX веков, которую хотел завещать Сморгони, почетным гражданином которой он был. Счастный ценил красивые вещи – редкие книги, антикварную мебель, веджвудский фарфор, изысканный хрусталь, посещал все премьеры Купаловского и оперного театров, музейные выставки. Но при этом был настоящим белорусом «от земли»: сам копал огород, сажал картошку, солил огурцы и разводил любимые георгины и гортензии, приютил бездомных собаку и кошку. Признавался, что наиболее плодотворно работается в уединении. В отпуске в Трускавце были написаны почти все его книги и пьесы.

Продолжив эстафету своих предшественников, он много времени уделял Мирскому замку – объекту ЮНЕСКО. По его инициативе был снят рекламный видеофильм на 7 языках, куплено современное оборудование для синхронного перевода в конференц-зале замка, организована конференция по региональному туризму в поселке Мир. Примечательно, что он присутствовал на ней, лежа на носилках в соседней комнате: у него была травма позвоночника, но как ответственный человек он не мог не приехать. Еще в Лондоне он познакомился с княжной Марией-Святополк-Мирской и пригласил ее в Беларусь. Она подарила Национальному художественному музею Республики Беларусь архив своей матери, сыгравший немалую роль для подготовки экспозиций замка. При его непосредственном участии в список ЮНЕСКО было внесено «Наследие Радзивиллов» в Национальном музее-заповеднике «Несвиж».

Выйдя на пенсию, вместе с Институтом языкознания Академии наук он задумал грандиозный проект – англо-русско-белорусский словарь на 75 000 слов. Рассчитывал сделать его за 10 лет – «поставить себе памятник». Не успел… Но фактическим памятником ему будут его книги: справочник «250 асоб з Беларусі ў дыялогу культур», пьесы о художниках Парижской школы – Шагале, Сутине, Цадкине и Пэне, которые поставил Витебский театр и даже Пространство Пьера Кардена в Париже. Впоследствии эти пьесы стали его бестселлером – «Художники Парижской школы из Беларуси», тираж которого разошелся в два года. А далее – еще более грандиозный проект с помощью Бегазпромбанка – возвращение на родину картин художников-эмигрантов, родившихся в Беларуси. Именно он открыл для Беларуси целую плеяду незнакомых имен, о которых в Париже изданы альбомы и монографии, и способствовал популяризации на их родине. По его сценариям были сняты документальные фильмы о шести художниках Парижской школы. Владимир Григорьевич вообще любил музеи, в Лондоне и Париже все выходные проводил в музеях и загородных дворцах.

Ему удалось воплотить в жизнь свою идею, поддержанную Парижским бюро ЮНЕСКО: фактически с нуля создать небольшую экспозицию репродукций картин Хаима Сутина в Центре детского творчества в Смиловичах. На протяжении уже 10 лет эта экспозиция обрела своих энтузиастов и разрослась в региональный музей с обязательной чашкой кофе в придуманной им оригинальный экспозиции «Парижское кафе», выставочным залом и залом подлинных картин Ш. Царфина. Он гордился тем, что этот музей посещают около 3000 человек в год.

Владимир Григорьевич увлеченно занимался реконструкцией усадьбы «Залесье» Огинских. Как председатель национальной комиссии ЮНЕСКО сделал всё возможное, чтобы усадьба была отреставрирована и ожила. Он добился издания переведенных с французского мемуаров ее хозяина Михала Казимира Огинского, написал пьесу специально для усадебного театра, был завсегдатаем балов и танцевал мазурку «непременно в смокинге»...

В последние годы он работал как культуролог. Был инициатором и сокуратором от Белгазпромбанка трех крупных выставочных проектов в Национальном художественном музее Республики Беларусь с привлечением многочисленных, в том числе зарубежных музеев: «Художники Парижской школы из Беларуси», «10 веков искусства Беларуси», и «Время и творчество Льва Бакста», о котором написал книгу. Он был очень организованный человеком, любил и умел доводить любое дело до конца. Последний выставочный проект «Костровицкие к 140-летию с дня рождения Гийома Аполлинера» прошёл в октябре 2020 года в Государственном музее истории белорусской литературы.

С возрастом у человека обычно сужается круг знакомств, у Счастного он только расширялся. Масштаб личности, эрудиция, интеллигентность, оригинальность мышления, талант писателя сочетались с человеческими качествами – порядочностью и гостеприимством, корректностью в общении и интересом к каждому человеку, будь это смотритель музея или высокий титулованный гость из-за границы. Эти качества притягивали к нему даже не десятки, а сотни людей, открывали ему сердца, а отношение близких по духу людей давало стимул для жизни и творчества.

Владимир Григорьевич всегда говорил, что ему не удается уйти на покой, что он непременно «ввяжется» в новые проекты: консультант фильма «100 лет белорусской дипломатии» или празднование «100-летия УНОВИСа». Его неугомонная натура требовала впечатлений. Лёгкий на подъём, он умел наслаждаться жизнью. К 70-летию подарил себе кругосветный морской круиз с заездом в Аргентину, а на обратном пути три дня бродил по Стамбулу по местам романов лауреата Нобелевской премии Орхана Памука.

Владимир Григорьевич строил много планов, собирался жить долго, как его отец, проживший 101 год. Всего неделю назад он передал свои воспоминания о роли ЮНЕСКО в реконструкции Мирского замка. Как жаль, что этот молодой душой деятельный и энергичный человек ушел преждевременно. Он мог еще многое осуществить. Человека помнят, пока произносят его имя. Имя Владимира Григорьевича Счастного будет звучать долгие годы. Сделанное им для культуры Беларуси уже оценено современниками и будет востребовано потомками.

В.Г. Счастный похоронен на родине – семейном кладбище деревни Кевлы Сморгонского района Гродненской области.

Искусствовед Н.М.Усова