К 165 – летию Генриха Ипполитовича Семирадского (1843 – 1902)

«…вся его художественная деятельность приносит честь Академии и русскому искусству», отмечал в 1877 году Совет Императорской Академии художеств, удостаивая Генриха Ипполитовича Семирадского звания профессора за картину «Светочи христианства». «Чертополохом» называл его в письме к известному критику В.В.Стасову один из основателей Товарищества передвижных художественных выставок Г.Г. Мясоедов. Два столь противоположных отзыва об одном из самых знаменитых художников конца 19 века говорят о многом. Вокруг полотен Семирадского с момента их появления шла яростная полемика, отражавшая борьбу двух направлений в искусстве тех лет – академического и демократического. Для многих живописцев Академия художеств оставалась твердыней классицизма, прекрасной школой профессионального мастерства, опирающейся на традиции классического искусства. Возвышенность чувств, красота формы, изящество линий были для них важнее «тьмы низких истин» действительности. Вышедшие также из стен Академии художники--передвижники, напротив, считали главным отражение реальной жизни во всем многообразии ее социальных проблем. Они не признавали Семирадского и других академистов, обвиняя их в безыдейности и потакании «мещанским» вкусам. «…Нет, мы все еще варвары. Нам нравится блестящая и шумная игрушка больше, чем настоящее человеческое наслаждение», писал И.Н.Крамской о «Грешнице» Семирадского, отмечая, тем не менее, что «…таланту тьма и картина производит впечатление ошеломляющее». Передвижники волновались и негодовали, потому что произведения Семирадского пользовались огромным успехом у публики, их охотно покупали для своих коллекций члены царской семьи, русские аристократы, меценаты. Одной из первых картин, послуживших основанием для будущего Русского музея в Петербурге, стала «Фрина на празднике Посейдона в Элевзине» Семирадского, приобретенная императором Александром Третьим в 1889 году.

После 1917 года поздний академизм рассматривался как идеологически чуждое советскому искусству явление, а живопись его представителей была признана «не реалистической». И лишь в 2004 году Государственная Третьяковская галерея впервые организовала большую выставку «Пленники красоты», на которой экспонировались произведения художников –академистов конца 19 – начала 20 века, – великолепные по мастерству композиции, рисунка, живописи. В мае – сентябре 2007 года выставка прошла в Минске, в Национальном художественном музее. Семирадский был представлен на ней картиной «Игра в кости» (1899 г., ГТГ). Художник вернулся к широкой публике, покоряя и современного зрителя поразительным живописным мастерством.

Родился Генрих Ипполитович Семирадский в 1843 году под Харьковом в семье выходцев из Царства Польского. Дома говорили по-польски, читали польских писателей, детей воспитывали в традициях католической религии. Закончив гимназию, где рисование преподавал ученик К.П.Брюллова Д.И.Безперчий, Семирадский поступил в Харьковский университет на физико-математический факультет и получил звание кандидата. В 1864 году он отправился в Петербург, чтобы стать учеником Императорской Академии художеств. Поскольку Семирадскому уже исполнился 21 год, а в ученики принимали до 20 лет, его зачислили только как вольнослушателя, но он учился так хорошо, что в 1866 году был принят уже в число учеников. Выполнив программу на Малую золотую медаль, Семирадский получил право участвовать в конкурсе на Большую золотую медаль, и в ноябре 1870 года представил на экзамен картину «Доверие Александра Македонского к врачу Филиппу». Это большое полотно (245х346,5) находится в Национальном художественном музее.

Легенда, легшая в основу картины, рассказывает о том, как тяжело заболевшего в одном из походов Александра лечил врач Филипп, который был не только врачом, но и близким другом полководца. Враги Филиппа, завидовавшие ему, написали донос, в котором обвинили его в намерении отравить Александра: в чаше с лекарством ему якобы будет подан яд. Македонский прочел донос и, когда врач принес ему лекарство, выпил его, а донос отдал Филиппу с просьбой прочесть при нем. На картине изображен самый напряженный момент легенды.

…В комнате, увешанной коврами, на постели, покрытой тигровой шкурой, с чашей в руке лежит величайший полководец древности Александр Македонский. Поток солнечного света мягко освещает его похудевшее за время болезни лицо, сильную обнаженную грудь. Внимательный взгляд Александра не отрывается от лица стоящего перед ним врача, читающего донос на самого себя. В глазах Александра таится скорее любопытство, чем подозрительность, он не верит в виновность Филиппа. Александр Македонский в трактовке Семирадского – идеальный классицистический герой, прекрасный нравственно и физически. В его образе воплощена идея чистоты и благородства человеческих отношений, перед которыми бессильны любые наветы. Сложная композиция выстроена по строгим академическим канонам, очень тщательно выписаны лежащие на кресле и столе доспехи Александра, щит, шлем, меч в богатых ножнах, украшенных драгоценными камнями, алый плащ, другие предметы интерьера. Все то, что позднее будет восхищать зрителей в картинах Семирадского –увлекательность сюжета, артистизм исполнения, – уже есть в этой работе, подводящей итог годам ученичества.

За картину «Доверие Александра Македонского к врачу Филиппу» Семирадский получил Большую золотую медаль, дававшую ему право на 6-летнюю пенсионерскую поездку за границу. Побывав в Германии и Италии, Семирадский обосновался в Риме.

Созданная там в 1876 году огромная картина «Светочи христианства», принесла ему европейскую известность. Семирадский стал профессором российской Императорской Академии художеств, а затем членом Берлинской, Стокгольмской, Римской, Туринской, Парижской академий. Те, кто знал его в те годы, рассказывали о его необычайном трудолюбии. За славой и внешним блеском жизни стоял упорный труд. Семья (Семирадский был счастлив в браке со своей кузиной Марией Прушиньской, у них родилось четверо детей) и дом, роскошная вилла в греко-римском стиле, выстроенная им в Риме, требовали больших средств и забот. Художник работал не покладая рук. В конце 70-х годов он принял участие в росписи храма Христа Спасителя в Москве, где в полной мере проявился его талант монументалиста. Напряжение всех сил привело в конце концов к тяжелой болезни: Семирадский умер в 1902 году в своем поместье Стшалково под Ченстоховым (Польша), прожив всего 59 лет.

Живопись Генриха Ипполитовича Семирадского всегда была обращена к романтической стороне человеческой натуры. Художник верил в то, что искусство должно воспитывать вкус, развивать воображение, утолять жажду необычайного, невозможного в обыденной жизни. Семирадский возвращается, и это говорит о том, что потребность человеческой души в красоте и гармонии неистребима.

Авторы проекта: 
Текст – Зав. сектором лекционно-экскурсионной работы отдела научно-просветительской работы НХМ РБ М.А.Щербакова 
Иллюстративный ряд (фотографирование) – Д.Н. Козлов

Размещение на сайте – Зав. сектором мультимедийных технологий отдела научно-просветительской работы НХМ РБ П.А. Яницкая

Вернуться >>